Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
15:21 

Ролевых логов пост. Архив.

MOYRA_Athropos
Sтранное Sущество
Апдейтится время от времени. Можно игнорировать, больше для себя.

SCP Foundation.

Поскольку канона маловато, некоторые особенности местной интерпретации:
Каин - зануда, принципиальный праведник, веками и тысячелетиями пытающийся "быть хорошим", вежлив, задумчив, иногда любопытен;
Авель - чуть менее Марти-Стю, чем принято считать, более склонен разговаривать, группа "Омега" еще цела и время от времени применяется,
Кондраки - ну, он просто Кондраки,
Мир при контакте Авеля с Каином НЕ взрывается, и не происходит чего-то этакого мегаужасного - они просто СИЛЬНО не любят друг друга, но при этом ничего не могут друг с другом поделать.


[073] cursedAbsconder: Хотя SCP-073 никогда и не выказывал желания сбежать из Фонда, предоставленное ему право свободного перемещения по Зоне 17 он ценил, памятуя о том, что тюремная камера, из которой сотрудники Фонда в своё время забрали его, была куда менее комфортабельной и вовсе не двухкомнатной, а также о том, что условия содержания многих других объектов в Фонде таковы, что та камера показалась бы просто заново обретённым раем. Поэтому - возможно, не только поэтому, но давайте не будем копать слишком глубоко - выходя из своего обиталища, он всегда старался быть максимально чутким и вежливым к встречаемому персоналу. Впрочем, уступчивая спокойная вежливость вообще была в его характере основополагающей чертой.
Чаще всего встречи с сотрудниками Фонда у него случались во время питания в общей столовой Зоны. Вот и сегодня, садясь за специально выделенный столик в углу, находящемся на пересечении линий съемки как минимум трёх камер слежения со свежим вкусно пахнущим бифштексом на тарелке, Каин задумчиво наблюдал за сифовыми детьми. Те, в свою очередь, за ним не наблюдали, поскольку давно уже к нему привыкли, и просто сновали мимо по своим делам, которые в основном сводились к поглощению всё тех же бифштексов - но с отсутствующим в тарелке Каина по очевидным причинам овощным гарниром.
Семьдесят Третий похвалил про себя повара - вкус напоминал ему одно из блюд Месопотамии, которое когда-то ему очень нравилось. Очередной белый халат мелькнул мимо ближе чем обычно, когда от бифштекса оставалась еще примерно половина. Мелькнул и что-то уронил - Каину под ноги прикатилась синяя шариковая ручка, которую он потянулся поднять практически автоматически, чтобы подать человеку обратно.
И всё бы ничего - но ручка неожиданно оказалась не тем, чем сперва показалась. Синяя краска, по всей видимости, покрывала деревянную основу. На механической ладони Каина оказались кучка пепла и шариковый стержень.
- Ох, извините, пожалуйста. Я был уверен, что она пластиковая. - Каин со вздохом ссыпал пепел в полиэтиленовую сделанную специально для его стола "салфетку", аккуратно сложил ее вчетверо и виновато улыбнулся.

dr. Kondraki: - Меня тут часто всякие, которых никто не спрашивал вообще-то, называют хамлом, - Кондраки плюхнулся на стул напротив SCP-073 и подпёр щеку руками, вытянув ноги под столом. Он тоскливо посмотрел на салфетку объекта, в которую тот собрал пепел от ручки доктора. – И знаешь что? От блядской вежливости одни неприятности, я всегда это знал, и ты – лишнее этому подтверждение, - он откинулся на спинку стула и сунул руки в карманы, разглядывая Каина. У того было огорчённое и искренне виноватое выражение лица, такое милое, что Кондраки почти замутило.
- Ты с этим завязывай, парень, иначе в один прекрасный момент своей охуенной вежливостью угробишь полбазы, а ещё половину не угробишь тупо потому что я сделаю это раньше. Только тсс, я ни с кем ещё этим не делился.

[073] cursedAbsconder: SCP-073 прибрал поближе под себя ноги, стараясь избежать нечаянного соприкосновения под столом с одеждой собеседника, которая вполне могла оказаться - и скорее всего и являлась - хлопковой, а не синтетической. Превратить в пепел сразу же еще что-нибудь неподходящее ему сейчас хотелось меньше всего.
- Создатель завещал своим созданиям уважать и ценить друг друга, - ответил он, как будто напоминая нечто само собой разумеющееся и забытое исключительно по случайности. - Не беспокойтесь. На мне не может лежать вины большей, чем та, что уже есть.
Семьдесят Третий считался на редкость разумным и адекватным собеседником, но иногда был склонен к фразам с довольно неоднозначным смыслом. И потом, если его переспрашивали, переводил тему или просто молчал, отказываясь что-нибудь объяснять.

dr. Kondraki: Кондраки не собирался ничего переспрашивать. Он демонстративно зевнул и скрестил руки на груди, продолжая разглядывать объект и явно намереваясь мешать ему обедать и дальше. Просто потому что он любил мешать людям обедать. Просто потому что это было забавно – смотреть, как им неловко, и вроде хочется доесть свой обед, но они всё равно продолжают разговор. Из вежливости. Потому что такое могло случиться только с очень вежливыми людьми – ну, или объектами. Сам Кондраки и прочие, кто успел получить звучный титул хамла, не постеснялись бы жевать в своё удовольствие, игнорируя таких хамов как Кондраки, целиком и полностью. Или болтать во время еды. Но только не _вежливые_ люди.
- Вместе с хамлом мне говорят, что я отродье чёрт знает кого, так что в завещании я не указан, - Кондраки усмехнулся.

[073] cursedAbsconder: - Не беспокойтесь, я не вижу в вас следа крови потомков моих или же каких иных, отличных от колена сифова, - обнадёжил Кондраки Семьдесят Третий.
Да, Каин правда не собирался продолжать жевать свой бифштекс прямо сейчас. Но это не причиняло ему особого дискомфорта - в конце концов, еда не была ему необходима в принципе, и посещение столовой было скорее развлечением, как и разговоры с молодой, самоуверенной и любознательной порослью обитателей земель за пределами Эдема - вот типа этого.
Каин аккуратно положил столовые приборы по обеим сторонам от тарелки и сложил тяжелые, но изящные неживые руки ладонь к ладони, глядя на Кондраки доброжелательным взглядом.
Поговаривали, что в таких случаях кажется, что на тебя смотрит скорее светящийся бледно-синим знак у него на лбу, чем глаза - впрочем, глаза Каина были почти такого же оттенка.

dr. Kondraki: - Правильно, потому и не видишь, что «чёрт знает кого», ты этого хрена лысого может и не знаешь вообще, - Кондраки широко усмехнулся. Ему очень не нравилось, когда кто-то начинал умничать и выдавать ему прописные истины, обламывая шуточки. Даже если умничал вполне обоснованно, как SCP-073 – всё равно ничего приятного в этом не было, и даже ничего весёлого. А значит, просто раздражало.
- Слушай, - внезапно доктор резко подался вперёд, даже ножки стула звякнули о пол, и он низко склонился над столом, близко к Каину, щурясь. – Я знаю, что надо делать. Надо вскрыть тебе черепную коробку и глянуть, как это финтифлюха, - он взял вилку Каина и легко постучал ему по лбу, - крепится и можно ли её отсоединить. И присоединить кому-то ещё. Теперь надо придумать, как вскрыть тебе череп.
Что может быть лучше внезапных научных исследований?

[073] cursedAbsconder: Каин - не без оснований - решил, что длинное и многословное объяснение на тему "Я знаю всех потомков Адамовых, поскольку..." не будет иметь среди публики в лице Кондраки успеха, поэтому просто промолчал на эту тему. Невежливо пытаться объяснить человеку то, чего он не захочет понять.
SCP-073 чуть отстранился от вилки и ответил, спокойно и размеренно, словно втолковывая маленькому ребёнку, что огонь, увы, обжигает:
- Печать проклятия неизбывна, неизживна, непреходяща и вечна, как жизнь моя. Я бы не советовал вам пытаться вскрыть мне череп, поскольку это может привести к повреждению вашего, - Каин снова улыбнулся чуть виновато. - Ни в коем случае не подумайте, что я вам угрожаю или запрещаю полёт исследовательской мысли - но это действительно так.

dr. Kondraki: - Послушай, парень, - Кондраки чуть зло улыбнулся – его снова начинал раздражать этот вежливый всезнайка. И доктор даже не мог понять, что из этого – вежливость или умничание – его разражает больше. – Я облил мочой Дракки, уж не думаешь ли ты, что вскрыть твой лобешник будет круче или веселее этого? – Кондраки хмыкнул и снова постучал по лбу SCP-073 вилкой, прежде чем сесть обратно на стул и положить прибор на место. Хотя вообще-то он подумывал забрать вилку в обмен на свою безвременно почившую ручку.

[073] cursedAbsconder: В качестве реакции на новое стучание по лбу Каин только вздохнул. В любом случае, если Кондраки ударит вилкой посильнее, этот удар вернётся к нему же, так что стоит ли внимания тщета сия...
- Слова мои - лишь совет. Один только Всевышний вправе запрещать и разрешать что-то творениям своим, - Каин пожал плечами, выражая лицом смирение с любым решением Кондраки, граничащее с просветлённым мученичеством.
В сущности, вечное желание сынов Человечества обязательно упорно влезать туда, где развешано несколько десятков предупреждений вида "Нѣ влѣзати, ибо лютою смѣртию погибати!" всегда вызывало в нём чувство сродни восхищению.

dr. Kondraki: Доктор очень, очень выразительно закатил глаза и фыркнул.
- SCP-073, ты всегда был таким унылым занудой? Неудивительно, что ты у нас неприкасаемый, - Кондраки лениво потянулся, покачиваясь на задних ножках стула и только чудом не падая. Его уже откровенно задрали эти изречения насчёт всевышнего и прочая мутотень с детерминизмом, которым от SCP-073 просто-таки за километр разило.
Кондраки прикинул даже, не берёт ли Каин его на «слабо». Потому что не может человек, даже который объект, быть занудой настолько.

[073] cursedAbsconder: - Я всегда старался следовать порядку и высшим законам. Лишь раз я нарушил их, и нести мне кару за то до гибели мира. - грустно ответил Каин. Ему правда казалось, что это довольно грустно.
Про себя же он подумал, что, кто знает, возможно, вести диалог с его братом понравилось бы этому человеку больше. И нет, эта мысль совершенно точно не была сарказмом.

dr. Kondraki: Кондраки закатил глаза снова и поднялся из-за стола.
- Опя-а-а-ать начало-о-о-ось, - протянул он и просто лёг прямо на стол, изображая не то умершего, не то сдохшего со скуки доктора.
Так он и пролежал, молча и не двигаясь, не открывая глаз и почти не дыша почти минуту.
А потом резко открыл один глаз и сфокусировал взгляд на Каине.
- SCP-073, я знаю, что ты жалуешься – ну как жалуешься, смиренно ноешь, можно это так назвать, пожалуй, - на то, что с тобой мало кто ходит общаться. Знаешь что, парень. Дело не в твоей неприкасаемости или популяризованной истории. С тобой же невозможно разговаривать, ты и мёртвого повторно в могилу сведёшь. Эта абилка тебе тоже вместе с третьим глазом досталась, а?...

*тем временем не здесь, но недалеко*

076-2: Апатия прошла, стоило только оказаться в до дрожи надоевшей камере. Сегодня стены были омерзительны вдвойне… Нет, пожалуй даже сильней, чем вдвойне. Иногда Авель сам не находил объяснения своим эмоциям и бесился от этого еще больше. Впрочем, ему удавалось направить свое состояние в нужное русло чаще, чем нет. Оборвав собственный рык и прислушавшись к тому, что происходит за дверью камеры содержания, Семьдесят Шестой осклабился. Запах страха с той стороны был отчетливо сладким, а шмыганье носом и шорох одежды вызывал непреодолимое желание убить тех, кого приставили его "охранять". Дети этого отродья Сифа были слишком трусливы и невыносимы до дрожи в пальцах. Но сейчас Авелю нужен был совершенно иной результат. Он сам до конца не понимал, какую цель перед собой ставит – слишком далеко зашли его мысли, слишком много вариантов он бы хотел опробовать и привести в жизнь. От убийства слабых животных, по недоразумению именующих себя людьми, до разведки реальных границ его ограничений. Инстинкты шептали где-то на границе сознания о том, что стоит хотя бы один раз обуздать свой гнев и действовать НЕ ТАК. Не так, как привыкли окружающие. Не так, как желал бы он сам. Но что в таком случае есть разведка и стратегия, если не способ достижения своих целей и поставленных задач?
Убрав с лица оскал, Авель спокойно подошел к двери и, не особо задумываясь о стоящих за ней охранниках, выбил ее ударом ноги. В образовавшейся дыре тут же возникли охранники не из тех, кого сифовы отродья называли "расходниками". У этих в руках были оружия, дарящие пламя. Изогнув бровь и отметив для себя, что действовать эти дети ишака и шакала стали быстрей и слаженней, Семьдесят Шестой вежливо улыбнулся группе быстрого реагирования и показал безоружные руки. Подавив смешок из-за растерянности людей, он попытался изобразить то, что остальные называли "улыбкой". Авель не был уверен, что вышло похоже, но судя по запаху неуверенности, из равновесия он их вывел.
- Я бы хотел пройтись, - Авель старался говорить без рычания и обычной доли презрения, внимательно изучая реакцию людей. Неуверенность сменилась удивлением и недоверием. – Ошейник на мне.
Ожидание, пока главный группы свяжется с начальством и получит приказ, казалось растянутым в вечности. Все тело зудело от желания достать клинки и убрать эту глупую помеху с пути. Но Авель лишь глубоко вздохнул и прикрыл глаза, вспоминая давешний разговор с тем ублюдком, который по какому-то всевышнему недоумению назывался его братом. Сконцентрировавшись на желаемом результате, Авель успокоился и даже мило улыбнулся группе захвата, отметив перешептывание и нервные рывки оружия, дрожание пальцев на спусковых крючках, запах пота из-под их одежды.
- Хорошо, - их главный наконец соблаговолил закончить бессмысленный треп по их связи и обратил свое внимание на Семьдесят Шестого. – Вам позволено пройти по коридорам BC-05, F-0a и F-1a. От вашей камеры содержания до столовой. Шаг влево или право считаем попыткой к побегу. Прыжок – эмиграцией. Оторвем башку в секунду.
Презрительно фыркнув на эту эскападу, Авель наконец опустил руки и вышел из слегка подпорченной зоны содержания в сторону разрешенного коридора. Его слегка удивил выбор направления. Обычно все пути вели на тренировочную площадку или в ангар, где его с группой загружали в железные повозки и везли на очередную разминку с очередным порождением… Прервав свои размышления в тот самый момент, когда гнев стал вырываться из-под контроля, Семьдесят Шестой сосредоточился на окружающих его вещах. Камеры, двери, какие-то штуки на стенах, которые люди называли системой пропусков, огромные железные двери в пол-руки толщиной, которые двигались абсолютно бесшумно и легко, словно были сделаны из шкуры молодого теленка.
Пройдя отмеренное ему расстояние, Авель уперся в дверь столовой. На секунду задумавшись над целесообразностью дальнейшего контакта с сифовыми последышами, он задумчиво толкнул дверь в помещение.

[073] cursedAbsconder: Минуту показательного страдания Кондраки Каин воспринял спокойно, только пожал металлическими плечами - можно было, конечно, еще раз извиниться, но на сегодня он извинялся уже достаточно. Семьдесят Третий не сомневался, что с Кондраки всё в порядке, а раз он продолжает разговор и не уходит - значит, ему хоть как-то да интересно.
И нет, Каин не любил "смиренно ныть" - просто он любил поговорить иногда, особенно если можно было узнать что-то новое - и, шатаясь по Базе, иногда аккуратно спрашивал у кого-то что-то то там, то здесь... За все прожитые им годы нового в мире стало совсем немного, а с учетом его абсолютной памяти и способности к скоростному впитыванию информации каждый интересный и увлекательный разговор был своего рода сокровищем. Впрочем, рассказывать и объяснять что-то из уже ему известного сам Каин тоже любил. Возможно, даже слишком сильно.
Прикоснувшись ко лбу и поморщившись, словно снова вспомнив нечто неприятное, SCP-073 попытался было объяснить и на этот раз еще кое-что:
- Это вовсе не третий глаз, скорее я бы сказал, что...
Он почуял ЭТО раньше, чем это случилось, и оборвал фразу, замолчав и поёжившись. Это было, словно будущий удар в лицо - интуиция, предчувствие, запах... запах гнева, вины и боли. Показалось, что где-то там, в центре лба, родилось холодное жжение, и противно заболела голова - хотя Каин знал, это ощущение было фантомным. Так вот почему из столовой вдруг незаметно вышли все посетители... а он заметил это только сейчас.
Когда входная дверь начала открываться, Семьдесят Третий уже знал, кто - и что - в неё войдёт. Боль. Много боли и ненависти. Носитель неизбывной невозможной мести. Тот, кто так хотел бы сделать с ним, Каином, многое из того, кто умеет так хорошо, но тот, кто не может даже поцарапать его. Тот, кто совершенно не понимал его и тогда, и никогда не захочет понять и простить его теперь. До скончания веков.
Каин весь как-то сжался и инстинктивно дёрнулся назад, встречая открытие двери нервным и тяжелым вздохом. Он всегда и со всеми был терпелив и вежлив - но единственным, кто умел вызывать в нём раздражение и отторжение, оставался Авель.
Он умел переносить боль - но, конечно же, не умел её любить.

076-2: На секунду земля слегка ушла из-под его ног. Не буквально. Что было намного хуже, чем если бы земля разверзлась и поглотила все это место, со всеми его тайнами и тварями… Каин. Этот ни с чем не сравнимый запах чертового раскаянья. Насквозь кажущийся лживым и приторно-сладким. Словно гниль…
Казалось, что вот сейчас он не справится со своими эмоциями. Слишком сильно было желание войти в плоть брата клинком, почувствовать на себе его боль – желанную, вывернутую на изнанку, чуждую. Но Семьдесят Шестой чудовищным усилием воли подавил жгучую, глубинную ярость. Как бы он ни старался привыкнуть к бессмысленности этих чувств, он не мог.
Морщась от зуда между лопаток и сведенных спазмом мышц, Авель поздоровался с доктором, сидящим в странной позе за столиком. Взяв себя мысленно за глотку даже смог нейтрально кивнуть Каину. Отметив, что тот как всегда сжался, Семьдесят Шестой прошел вглубь комнаты. Странно, что в помещении остались только они трое. Впрочем, одно то, что его выпустили и позволили пройти в теоретически людное место, говорило само за себя – опять кто-то сводит счеты с кем-то. Краем глаза скользнув по фигуре единственного в комнате последыша Сифа, Авель вспомнил как того зовут. «Доктор Кондраки, да? Опять два упертых барана, которых я бы даже дерех йом не подпустил к священным местам, сводят свои мелочные счеты. Как всегда.» Фыркнув от собственных размышлений, Авель занял один из пустых столиков, просто взгромоздившись на него с ногами, и принялся ожидать развития событий.

dr. Kondraki: Кондраки очень, очень выразительно, демонстративно закатил глаза и застонал. Каин ещё только рот раскрыл, а доктора уже целиком и полностью окутала аура его занудства, занудство ужасно тухло воняло, успело проникнуть в легкие и в кровь, и все эти красочные ассоциации Кондраки очень постарался передать выражением лица.
Кажется, у него больше получилось изобразить мёртвого доктора, но в общем-то, это не было не так уж неправильно.
SCP-073 вдруг изменился в лице. Кондраки даже обернулся на входную дверь. Ну разумеется, с чего бы ещё Каину было затыкаться прекращая бесконечный поток занудств? Дражайший его братец явился в столовую и быстро устроил себе из неё спальню. На этот раз, впрочем, он даже своеобразно поздоровался.
То, что ни души больше в столовой не осталось, Кондраки волновало меньше всего. У него уже была пара теорий насчёт того, почему так случилось.
- Что, Клеф таки нашёл толковое успокоительное и въебал тебе знатную дозу, SCP-076? – то, что Авель не кинулся убивать братца сразу же, игнорируя его бессмертие, было еще более забавно, чем то, что его выпустили из камеры.

076-2: Взглянув на человека, изо всех сил желающего до него докопаться, Авель чуть не рассмеялся. Было в этом что-то забавное, извращенно забавное и он давал себе волю осознать это. Мелочная возня местных крыс в белых одеяниях иногда доводила до зубовного скрежета в прямом смысле этих слов, но сейчас… Сейчас хотелось чего-то иного.
- То, что вы, Сифовы отбросы, называете «инъекцией», не имеет ничего общего с плотской утехой, кою вы называете «въебал», - Авель подавил зевок вздохом. – Мне казалось, что «ученые мужи» должны знать разницу между этими словами. В отличие от меня, «этого тупого автомата по уничтожению живого», как вы меня называете.

[073] cursedAbsconder: Каину уже очень, очень, ОЧЕНЬ не нравился имеющийся расклад. Семьдесят Третий не любил насилия ни в каких формах. Ни наблюдать, ни производить, ни участвовать - в любой роли и форме.
Впрочем, с другой стороны...
Нет, насилие и в общем и целом методы и манеры Авеля, конечно же, были ему отвратительны. Но слава доктора Кондраки как самого везучего сучьего потроха Фонда тоже была ему известна, и, чем Яхве не шутит, если она и правда верна... Стоило задуматься.
Как минимум, осознание того, что агрессия Авеля будет направлена на кого-то еще, кроме самого Каина, приносило ему небольшое облегчение - хотя он и понимал, что это малодушно и недостойно, и что он должен обратить внимание брата именно на себя, работать громоотводом в такой ситуации - ведь он всё равно бессмертен, а этот ни в чем не повинный человек... ну, люди - они же такие трогательно хрупкие.
Каин вздохнул, сжал кулаки, открыл было рот и приготовился встать...
Проследил за взглядом Кондраки. Оценил то, что увидел. Подумал еще раз. Прокрутил в голове пару раз псалом девяноста.
И промолчал.

dr. Kondraki: Доктор усмехнулся, оценив шуточку SCP-076, встал на ноги и повернул стул, чтобы усесться на него лицом к спинке, с которой он свесил руки. «Интересно, этот ублюдок уже успел отдать приказ, чтобы двери столовой заблокировали?» - Кондраки был почти уверен, что Клеф сделал это, но и запертые двери его мало волновали. В основном потому что на сегодня у него не было другого плана, кроме как доёбывать сотрудников или объекты. То есть, день, который должен был быть довольно скучным, уже слегка разнообразился. Для полного успеха и спасения дня нужно было ещё лишить Фонд пары свежевыкрашенных стен. Не то чтобы Кондраки это планировал, просто как-то так получалось, что разрушенные стены всегда сопутствовали хорошему дню.
- Ну так интересно мне, что тебе въебали, - доктор специально повторил термин, демонстративно не обратив внимания на замечание Авеля, - раз тебя всё же выпустили. Или какого дерьма Клеф навешал всем на уши в очередной раз, чтобы это сделать.
А ещё Кондраки заметил, как мгновенно – и тотально – притих SCP-073. Может быть, держать их вместе и не было такой плохой идеей. Каин всё равно был бессмертен, а при брате его поток вселенского занудства на время затыкался.

076-2: Авель всей шкурой чуял какой-то подвох. Нет, конечно, все вроде бы было едино с уже выясненными обстоятельствами, но этот человек Кондраки… Но если хоть на маа были правдивы слухи о том, что это отродье прокатилось на Ящере, то стоило держать себя в руках, как бы ни было велико желание привести в исполнение гнев праотца их.
- Спроси это у брата своего во крови по праотцу вашему Сифу, - Авель все же плюнул на местные «правила приличия" и душераздирающе зевнул.

[073] cursedAbsconder: SCP-073 сидел тихо, плотно сцепив руки, старался быть незаметным и даже дышал через раз - впрочем, в присутствии брата он всегда начинал дышать реже как-то чисто автоматически, как будто ощущал в воздухе отраву - но внутренняя борьба его всё еще была далека от завершения.
Семьдесят Третий правда любил людей, любил построенную ими цивилизацию, в которой есть так много интересных книг и ярких идей, любил их непосредственность - пусть даже она выражается в чем-то вроде наглости этого Кондраки, которую он испытал на себе с утра. Но Авель может бесконечно регенерировать, проклятый Каин просто не способен умереть... за этим так легко позабыть, что обычные люди, если уж и уходят, уходят навечно.
Авель принципиально никогда не придавал этому значения, но Каин помнил об этом всегда - с того самого первого дня, когда впервые понял, что в мироздании существует такая печальная вещь как смерть.
В стенах Фонда довольно регулярно происходило множество смертей, и даже сами люди к этому привыкли, воспринимали как должное, неизбежный фон своей работы. Но Каин, проходя по местным коридорам, внутренне скорбел над каждой гибелью каждого сотрудника класса D.
Тем более он не желал смотреть на то, как Авель будет приклеивать чьи-то кишки к потолку у него на глазах.
Ну и вообще, он праведник или где? Смотри же, господи, я же всё делаю правильно! Столько веков уже делаю - и сейчас тоже. Ну когда, наконец...
Каин отодвинул стул и встал.
- Если ты хочешь снова повторить одну из своих бессмысленных попыток сломать силу Печати, я готов. Только отпусти отсюда человека, он же никак не касается наших с тобой старых дел.

dr. Kondraki: Кондраки попытался проследить смысл фразы “брата по отцу...”, но уже после “по” вся речь для него была сплошным неделимым и бессмысленным “бла-бла-бла”.
Доктор неприлично заржал.
- О, так занудство – это у вас семейное, а я-то думал! – и он тоже зевнул, явно заразившись зевотой от Авеля.
И удивлённо вскинул брови, резко обернувшись.
SCP-073 сделал до комичного серьёзное лицо страдальца, какое обычно бывает у плохих актёров в кино. В общем-то, фраза его тоже была точь-в-точь как из дерьмового фильма, где главный герой жертвует собой ради кого-нибудь – обычно героини с размером груди не меньше третьего или кучки детей с ангельскими глазами.
Кондраки поднялся на ноги, поправил халат и очень торжественно, сочно и смачно сфейспалмил.
- А я-то думал, твои занудства на сегодня закончились. При брате мог бы и постесняться!

076-2: Сказать, что Авель поперхнулся тирадой брата – не сказать ничего. Но такого откровенного приглашения насладиться муками его тела… Он не ожидал. Не то, чтобы это было совсем не в стиле Каина, вовсе нет. От того можно было ожидать и еще больших потоков притворного смирения, раскаянья, жертвоприношения себя собственной «боли». Но то, что он вступился за какого-то человека, явно стараясь оттянуть внимание не себя… Семьдесят Шестой почти позволил себе на секунду принять во внимание то, что его брат был не таким уж кретином и явно чувствовал то же, что и Авель. Но – слишком поверхностно, слишком наивно. И слишком по-своему.
- Кайся в другом месте, брат, - стерев с лица зарождающийся оскал, Авель продолжил восседать на столе, даже не пошевелившись. – Тут вроде как трапезная, а не цирк для бойни. И даже пасынок брата нашего Сифа это отметил. Заметь – даже он!
Патетически взмахнув рукой, пытаясь на себя примерить роль паяца, Авель рыкнул и перевел взгляд на витрину, где должна была быть еда.

[073] cursedAbsconder: - Ты не понимаешь! Он же убьет тебя и даже не заметит! Как одну из своих... овец! - последнее слово Каин почти что выплюнул с презрением - максимальным аналогом того, на что в принципе был способен.
Нет, сегодня явно был какой-то безумный и неправильный день. Его выстраданной жертвой, решением, которое, как казалось еще минут десять назад, решало судьбу его много веков как проклятой души, повисшей снова между пылающим Адом и блаженным Раем, тупо... пренебрегали?... Да еще и посмеявшись.
Да что за немыслимый бред. Каин ощутил, что почти оскорблён. Или даже и не почти.
Эти чертовы люди!... В прежние времена мир был как-то прозрачнее и понятнее. Намного. Может, за счет того, что людей в нём было от силы пара сотен?...
SCP-073 не придумал ничего лучше, как открыть рот снова, закрыть, ничего не сказав, всплеснуть в воздухе механическими руками в недооформленном незаконченном жесте и в смешанных чувствах сесть на место.
После красивого вступления это явно ощущалось чем-то крайне идиотским. Если бы Каин умел краснеть, он бы покраснел, но он был не уверен что умеет.

076-2: Когда от Каина хлестнуло волной ненависти, Авель замер. Замер так, как никогда не замирал. Словно волна горьковато-пряного запаха захлестнула комнату и покинула ее, не оставив после себя ни капли будоражащего аромата. Мгновение, всего миг, когда от Каина понесло правдивой, честной эмоцией, было чем-то невероятным. Очень давно Семьдесят Шестой не чувствовал от этого отребья ничего подобного. На это время он даже забыл, что хотел переориентировать собственный гнев на голод, повернул голову в сторону Каина, да так и застыл, пытаясь удержать рвущий глотку изнутри смех. Втянув воздух в попытке сохранить призрачный аромат, Авель соскользнул со стола. Но, сделав небольшую дугу в сторону человека и брата, все же устремился к еде.

dr. Kondraki: Кондраки искренне рассмеялся и умилённо посмотрел на Каина, плюхнувшись обратно на стул.
- Я понимаю в вас обоих больше, чем вы сами, SCР-073, это моя работа, если ты не заметил, - доктор хмыкнул, позволяя себе выглядеть самодовольно. А почему нет-то? Хотя бы выражение лица SCP-073 стоило того, чтобы напустить на себя важно-снисходительный вид. Не то чтобы Кондраки и правда себя так ощущал – ему было по большому счету просто пофигу, но забавную реакцию из объекта это выбивало – и ладно.
- А зачем вам жрать-то, кстати? Это, между прочим, бессмысленный перевод казённых продуктов, – мысли доктора вернулись в более развлекательное русло – то есть, к дониманию объектов. Он уже прикинул, за сколько примерно сможет довести SCP-076 до бешенства, а SCP-073 – до разражённой обиды. Ну, или осознания своего занудства – было бы прорывом, если бы Каин покаялся именно в занудстве, Кондраки гордился бы собой.
Доктор пронаблюдал, как Авель криво прошёлся мимо него, и хмыкнул. Он бы не удивился, если бы объект решил сделать себе стейк прямо из самого доктора, это было бы вполне логично.

076-2: - Я могу себе позволить есть – я ем. Зачем еще нужна еда?
Авель спиной ощущал интерес человека, но занял себя выбором более подходящего куска мяса из представленных. А также гарнира к нему.

[073] cursedAbsconder: Каин попытался выпутаться из мешанины дурацких перехлёстывающихся эмоций. Так. Гнев это плохо. Однажды это... уже...
Металлические ногти вонзились в металлические ладони. Впрочем, инстинктивно желая ощутить отрезвляющую боль, услышал Семьдесят Третий только тихий механический скрежет.
Хотя, как ни странно, это тоже помогало. Каин чуть дёрнул головой, возвращаясь к программе "вежливость, праведность, прощение".
- Когда-то и мы были такими же, как ты сейчас, и никто не был проклят, никто не был бессмертен. Принятие пищи напоминает об этом. В конце концов, у вас нередко неплохо готовят, и это просто вкусно.
О том, что шляется в столовую еще и для того, чтобы с кем-нибудь пообщаться, он решил промолчать.

dr. Kondraki: Кондраки приуныл. SCP-076 вёл себя удивительно тихо и спокойно, но бросался ни на кого с ножами, даже на брата, и это… ну, пожалуй, угнетало? Вкупе с просто удушающим занудством SCP-073 это было и вовсе тухло, так что доктор уже успел подумать, что, может, Клеф тут и ни при чём.
«Ну да, ни при чём, - мысленно фыркнул он, одёрнув самого себя. - Больше ни у одного мудака не хватит ума пустить в столовку сразу оба этих объекта и эвакуировать всех, кроме меня. Или, может, О5 решили меня снова устранить?» - Кондраки снова зевнул, на этот раз действительно от скуки, а не просто заразившись.
Бессмысленность дня снова стала нарастать.
- Может, вам свечи зажечь ещё? Романтический обед, - ляпнул доктор, лениво оглядывая объекты.

076-2: Авель на секунду оторвался от рассматривания еды и осмотрел помещение. Свечей, о которых говори Кондраки, тут и в помине не было. Хмыкнув про себя, он вернулся к съестному, явно приметив себе кусок получше.
- Доктор, если вы хотите зажечь шабатние свечи, то я, конечно, не против, - Семьдесят Шестой все же откопал в памяти аналог свечам и их возжиганию. – Если, конечно, вы внезапно сменили пол и я этого не заметил.

[073] cursedAbsconder: - Романтический? Кровосмешение и мужеложество грех! - нарочито спокойным тоном отрезал Каин, который разбирался в современных обрядах и обычаях намного лучше своего игнорирующего любые источники брата.
Он почти физически ощущал, как тяжело ему находиться в одном помещении с Авелем, и, как ни странно, еще и то, что мирный Авель переносим куда хуже, чем Авель обычный, агрессивный - воплощающий собой убийство и жестокость. Опасный. Предсказуемый.
С обычным он знал, что делать. С таким - нет.

dr. Kondraki: Кондраки прошёлся по столовой, заглянул за прилавок, и вправду разыскивая свечи.
- Чем это тебе мой пол не нравится? А тебе, SCP-073, щас какой-нибудь ЛГБТ-активист голову бы оторвал с печатью вместе и не постеснялся, - хохотнул доктор. В итоге он водрузил на стол перед Каином стакан, в который запихал кусок листа из своего блокнота и подпалил, щелкнув зажигалкой. – Надо будет тебе порнухи повеселее притащить. Разберёшься, чокак теперь, а то ты, небось, вообще забыл, что такое утренний стояк, например, - Кондраки жестом пригласил SCP-076 за стол, думая, что сейчас Клеф, точно наблюдающий всё через камеры, сдохнет от зависти – ему-то наверняка не удавалось этих двух родственничков усадить за один стол. Может, самому Кондраки тоже не удастся, но всё же.
И тут он замер на секунду, прежде чем продолжить вещать про порнографию.
- Есть у нас тут один объект… - память услужливо подсунула изображение бомбы.

076-2: - Не смей! – на секунду какая-то эмоция овладела сознанием сильней, чем гнев или ярость. Авель готов был поклясться, что это было удивление, но не был до конца уверен. Инстинкты услужливо взяли контроль над телом быстрее мысли, но разум перехватил животное начало в самый подходящий момент. Рука с мечом остановилась почти вплотную касаясь кончиком клинка кожи на лбу Кондраки. – Хотя, нет, продолжай.
Задумчиво осмотрев оставшуюся невредимой тарелку с содержимым в другой руке, Авель перевел взгляд на человека.

[073] cursedAbsconder: SCP-073 давно уже заметил социальные тенденции по вопросу мужеложества, много думал об этом и в итоге решил - с ЛГБТ-активистами, также как и с пассивистами, господь пусть сам там где-нибудь у себя разбирается, а Каин четко помнит, что по этому поводу было заповедовано, и намерен следовать тому, что помнит, хоть ты Ад замёрзни. Как, в общем-то, и взятому еще не одну тысячу лет назад курсу на соблюдение максимального целомудрия. На всякий случай.
- Не интересуюсь, спасибо. - сухо ответил Каин.
Последующее же ввергло Каина в нечто вроде ступора. Более серьёзного, чем в предыдущий раз.
Кондраки, как ни в чем ни бывало, соорудил импровизированную "свечу" из листа бумаги, зажег её и поставил перед Авелем. А потом предложил Каину сесть напротив. За один стол. В месте принятия пищи. Разделить трапезу при огне. Как было заповедовано издревле. Как...
Каин снова тряхнул головой, слишком уж много мыслей и образов снова сплелись в клубок. И что-то... древнее и пугающее приоткрылось за ними. Граница... чего-то совсем иного. Перемены. Возможности. Исхода? Ловушки?...
Каин даже не был уверен, что это получилось сознательно - но одна из его рук неуловимо быстро, будто бы по своей собственной воле, скользнула вперед, ткнувшись в "свечу" указательным пальцем. Бумага рассыпалась пеплом, и огонёк погас. И сразу же стало... спокойнее. Привычнее. Однозначнее.
Каин сел назад на всё тот же несчастный стул за другим столом и сложил голову на руки. Вся эта ситуация раздражала его всё больше, и больше всего его раздражало собственное раздражение. Это всё мешало ему быть собой - именно таким собой, каким он предпочитал быть. Должен был быть. Выбрал быть.
Семьдесят Третий скорее попытался бы оторвать себе голову самолично, чем признался бы себе в этом, даже позволил бы такую мысль - но с каждой проведённой в обществе подозрительно мирного Авеля минутой ему всё больше хотелось вовсе не пожимать руки и принимать примирения, а убить Авеля еще раз - но теперь уже осознанно, а не как... тогда.
Каин всё больше и больше хотел... домой. Туда, где всего этого нет.

076-2: - Ты сегодня какой-то дерганый, брат мой, - Авель был слишком увлечен вкусом еды, чтобы отвлекаться на иные эмоции. Но поведение Каина действительно было каким-то другим. И не сказать, чтобы Семьдесят Шестой был этим фактом расстроен. – Принял за свечу клочок бумаги в чаше, погасил пламя, которое ни в чем не виновато…
Поведение Каина действительно странным образом понравилось Авелю. Хотя вместе с чувством удовлетворения этим фактом где-то в глубине души что-то зашевелилось, порождая невнятную тревогу. Отбросив излишние эмоции в сторону, он тем не менее продолжил наслаждаться пищей и наблюдать за братом, совершенно не обращая внимания на Кондраки.

dr. Kondraki: - Все так говорят, пока не попробуют, - хмыкнул Кондраки. И тут же возмущенно вскрикнул и всплеснул руками. – Неблагодарный, я тут старался, красоту наводил, понимаешь, блокнотиком пожертвовал, а он! – доктор запихал в стакан ещё одну бумажку и поджёг снова.
Он как будто бы не заметил момента, когда ему голову чуть не продырявили клинком. Нет, ну в самом деле, если бы он на каждую подобную мелочь обращал внимание, то от страха и паранойи сам бы себя порезал. По большому счёту, доктор Кондраки фактически сознательно отказывался от инстинкта самосохранения до определённого момента. Инстинкт ему заменяло особое везение и умение вертеться. Жить он хотел, и вертеться умел хорошо.
А ножи у лица – это издержки профессии, что уж поделать. В этом есть и своё веселье.
- Давайте-давайте, что я тут, зря пляшу, что ли? Устроим светскую беседу! Как вы думаете, господа объекты, если я применю в вашем присутствии один забавный объект, заставит ли он вас возлюбить друг друга страшной любовью, или вы скорее сами себе вены повскрываете, обойдя все реген-факторы и прочее бессмертие-шмертие?

[073] cursedAbsconder: - Я не дёрганый, - негромко огрызнулся SCP-073, мерно (и нервно) постукивая по столу металлическими пальцами.
До него только сейчас дошло, что, будучи огорошен смутной тенью древнего ритуала, он начисто пропустил момент, когда Авель вовсю махал своими железками перед носом Кондраки. Тот самый момент, в который должен был думать совершенно о другом. И пусть трупом это не и закончилось, но как же так вообще вышло?...
Так, спокойнее. Вдох-выдох. Когда нервы в порядке, тогда и с расстановкой приоритетов не возникает проблем. Лучше, например, вернуться к тому, чтобы давать обстоятельные ответы на общетеоретические вопросы.
И поменьше смотреть на это чавкающее животное, который даже стандартный местный обед ест так, как будто жестоко его убивает и наслаждается его мучениями.
- Не думаю, что тот объект, о котором вы говорите (Каин, естественно, знал наизусть почти всю базу Фонда и хорошо понимал, что Кондраки имеет в виду) возымеет на нас воздействие, тем более - именно такое. В первую очередь потому, что в его действие не входит вызывание "страшной любви" к кому-то конкретному, а лишь корректировка списка потенциальных целей сексуального влечения. Во-вторую - потому что нам в принципе уже очень давно не свойственен тот фактор, с которым этот объект... работает.

dr. Kondraki: - Ну, по сути, объект – меняющий реальность. Давно пора там подкрутить винтики, чтобы можно было юзать целенаправленно, хотя, конечно, и так весело, - Кондраки хохотнул. Он уселся за стол с горящей бумажкой тоже и выложил ноги в поистертых кроссовках на соседний стул, вольготно развалившись. – Не свойственен – вот я и говорю, принесу тебе порнухи, поизучаешь современные обычаи, ты же любишь всё изучать, - доктор смирился с тем, что, кажется, особенного экшена ему сегодня не покажут, но это не отменило того, что он вполне был в состоянии донимать какой-нибудь объект хотя бы на словах. SCP-073 был невыносим в своем занудстве, которое за века возвел в абсолют, и если бы Кондраки не видел обратного, он бы не поверил, что Каин все еще может на что-то реагировать… фрустрированно? Что ж, раз за все эти годы он не обзавелся высшим буддистским спокойствием или просто тотальным похуизмом, то и всякие другие «функции» тоже не растерял, а с этим уже можно работать, это уже веселее.

076-2: Шум от Каина и Кондраки не воспринимался мозгом, хотя отдельные моменты отлично запоминались. Брат нервно сидел на стуле, словно тот готов был его укусить за задницу, Кондраки изо всех сил пытался показать как ему скучно… Нет, СКУЧНО. Авель хмыкнул своим мыслям, но от еды отвлекаться не хотелось. Все таки, он должен отдать должное тому, что Сифовы отбросы научились делать с пищей интересные вещи. И это отвлекало. Слова Кондраки о плотском почему-то на мгновение вызвал внутри волну смеха и какого-то смутного гнева, хотя он обращался не к нему, а к Каину. Но для каких-либо действий было еще рано. Тем более, что Авель шкурой чуял незримый интерес того, кто создал всю эту бессмысленную ситуацию.

to be continued

@темы: Ролевое: словески, Фендом: SCP Foundation

URL
   

Absolute Player

главная